Артёмий Троицкий и Адам Смит

19 ноября 2013, 10:11

Наблюдательному Артёмию Троицкому бросилось в глаза «могучее, круто устремлённое в будущее молодёжное движение уличного общепита – пирожки, лапша и проч.» Однако, все эти на первый взгляд безобидные «домашние разносолы,  прикольные бутички и лавочки» смутили его. Они, так считает Троицкий, во-первых, «лакируют действительность сталинизма-light», во-вторых, что ещё более опасно, «этот слой лака сковывает значительную часть активной образованной молодёжи». Вместо того, чтобы пойти волонтёром к Навальному и «сделать страну свободной и счастливой, ребята разменявшись на тысячи малых дел, забивают болт на единственное стоящее большое дело».

«Гадом буду, но закусочные и дизайны тут не в помощь.» Разве можно усомниться в правильности сделанных Троицким выводов после такой впечатляющей клятвы?

Да, но Смит здесь причём?

Троицкий и Смит не спорят между собой заочно. У них различные предметы исследования. Их разделяют два с половиной столетия европейской истории. Но оба автора, развивая свою мысль (понятно, что сравнительный анализ глубины мыслей протагонистов мы оставляем за скобками), иллюстрируют её практически одним и тем же примером из жизни: у Смита перед глазами булочник из Глазго, у Троицкого – московский торговец пирожками.

Адам Смит в своём знаменитом труде «Богатство народов» (1776) приводит следующий пример: Если вы идёте в булочную, то не для того, чтобы сделать булочнику приятное, купив у него хлеб, а просто потому, что вы голодны. И наоборот. Булочник печёт хлеб не для того, чтобы доставить вам радость, а только потому, что он тем самым зарабатывает себе на жизнь. И хотя оба преследуют эгоистические цели, но одновременно таким способом удовлетворяются общественные потребности. Далее Смит приходит к выводу: на рынке каждый преследует свои интересы, но в конце-концов все удовлетворяют свои потебности, и тем самым достигается состояние всеобщего блага.

Для Троицкого, как мы видели, активный торговец пирожками, а также другие успешные участники разделения труда, например, «довольно многие работники культуры и искусств» (помните «Список Веллера»!) — это «встроенные» в систему «прогнутые комформисты», лояльные «властвующей пакости»…

…Здесь мы покинем Троицкого с его мнением, а сами отправимся за пирожками.

Что изменилось за эти почти 250 лет после выхода книги Смита в отношениях продавца и покупателя? Ничего. Если вы, читатель, идёте за «креативными пильменями», то только потому, что у вас начинается журчание в животе. В этот момент вам, а продавцу тем более, нет дела ни до Путина, ни до Навального…

У шотландског булочника конца XVIII века и у сегодняшнего российского много общего. Есть, правда, одна деталь, которая имеет исключительное значение для понимания и разгадки того, что происходит в современной России. Если рассмотреть обоих под историческим углом зрения, то мы должны сделать следующий вывод: сегодня российский коллега шотладндского булочника находится там, где последний был 250 лет назад, то есть в начале пути к цивилизованному, социальному капитализму.

Я уверен, московскому «булочнику» начала XXI века, как предствителю нового класса буржуа в России, когда-нибудь поставят памятник. В прошлый раз мы спорили о тёпленьком болотце российского крепостничества. Так вот как раз то «могучее, круто устремлённое в будущее молодёжное движение уличного общепита» — это признак того, что всё большее число, в первую очередь молодых людей, уже находят в себе силы вырваться из болота. «Чтобы пойти волонтёрами к Навальному», для этого у них нет времени. У них много дел. Им надо печь пироги, готовить лапшу и проч. Но они найдут свою политическую родину. В этом должны быть все уверены. Просто на рынке политических партий до сих пор не было достойного предложения.

Некоторое время российских «булочников» будут обвинять во многих грехах — иногда справедливо, чего греха таить — им будут мешать, им будут завидовать, выдвигать абсурдные обвинения в том, что они «бессознательно, а кто и осмысленно(!)» саботируют большое дело строительства «свободной и справедливой страны». Ничего. Не сразу Москва строилась. А на новой строительной площадке они первые.

Спрашивают, почему в российском народе так мало интереса к демократии? А зачем крепостному демократия? Крепостному и независимые суды ни к чему, самый высший суд для него – хозяин. Демократия со всеми её атрибутами – разделением властей, равными выборами, свободной прессой, независимыми судами и т. д. — нужна свободным людям. Тем самым молодым мужчинам и женщинам, которые заняты сейчас «тысячами малых дел».

Тёпленькое болотце российского крепостничества

 

16 ноября 2013, 15:01

 

Спасибо всем за конструктивную дискуссию. Ещё раз пробуем обратную связь. Посмотрим, приживётся ли традиция. Не в последнюю очередь это зависит от редакции.

На этот раз мне больше всего от критиков досталось за «тёпленькое болотце».

Поскольку это ключевая фраза моего поста, и сказано это было вовсе не для «красного словца» (shkolniza), то повторим её содержание ещё раз: Народ России, находясь в течение столетий под покровительством и присмотром хозяина, настолько привык к тёпленькому болотцу самодержавного и коммунистического крепостничества, что потерял волю и разучился или не готов решать свои проблемы самостоятельно.

Мой оппонент shicjtus_dead сразу услышал здесь «до боли знакомую интеллигентскую мелодию» давно заезженной пластинки: «мол, народишко-то нам дрянной достался».

«Опять народ виноват» — продолжет ту же мысль zekan. Правда, тут же сам себе противоречит: если российскому мужику удавалось вырватся из «тёплого болотца» за границу, он решал свои вопросы намного лучше всяких… (далее следует список представителей различных национальностей).

Ага, значит причину «российских несчастий» следует всё-таки искать на дне «тёпленького болотца»? Нет, делает вывод zekan, не страна болотце, а за всё в ответе «государство-болото». Мнение широко распространённое.

И последняя цитата из почты критиков.  Zinaida8 с сожалением пишет, что «после слов о «тёпленьком болотце» потеряла к автору всякое уважение». Итак, чтобы вернуть потерянное, я с нетерпением приступаю к делу.

Начнём с ещё одной попытки ответить на вечный русский вопрос «Кто виноват?» Прошу прощения за банальность.

Самый распространённый ответ: виновата власть, или ещё конкретней – виноват Путин. В российской истории вообще за всё отвечает «Путин».

Один только такой ответ раскрывает суть проблемы. Признавая личную вину  «Путина» за все российские несчастья, сторонники такого мнения должны признать, что, с одной стороны, у «Путина» неограниченная власть, и что, с другой стороны, у народа отсутствует инструмент влиять на выбор «Путина». Россия в этом смысле отдана на волю случая. Мы должны признать здесь наличие исторического фатализма. Что дало shkolniz,е с сожалением заметить: «России не везло на царей.» Вот именно!

Ага, всё дело, оказывается в историческом невезении! В истории, конечно, всё сложнее. Но мы концентрируемся в наших рассуждениях на «выборах царя». В совсем ещё недалёкой человеческой истории на одно только везение должны были рассчитывать все народы. Но с усложнением жизни люди научились, нашли способ хотя бы частично избавиться от фатализма. Этот способ – демократия, то есть инструмент вмешательства народа в случайные общественые процессы.

Наличие царя, хозяина с неограниченной властью, с одной стороны, предполагает, с другой стороны, наличие покорного населения, холопов, крепостных. Положение холопа унизительное, но имеет своё преимущество. Холопу незачем ломать себе голову над завтрашним днём. За него думает и решает зозяин. Хозяин решает, какие холопу читать книги, какую слушать музыку, какой ширины носить брюки и какой длины юбки… Но хозяин и, по мере возможности, заботится о благосостоянии холопов. Например, он раз в пять лет объявляет о повышении им жалования, пенсий и стипендий. Такая система не только рай на земле для бездельников, она бездельников регулярно воспроизводит. Народ теряет волю, он привыкает жить в тёпленьком болотце крепостничества.

«При чём здесь «тёплое болотце»? Вспомните народную активность конца восьмидесятых. Не было это на болотце похоже» — возражает dobrabi.

Холопская, система «тёпленького болотца» экономически неэффективна. Рано или поздно наступает кризис. В частности, выражением кризиса была перестройка 80-х. Перестройку действительно встретило большинство населения с большим энтузиазмом. Но это была эйфория не свободных людей, готовых взять власть и собственную судьбу в свои руки, а выражение надежды всё-того же крепостного на улучшение его жизни. На улучшение, которое ему должен был по традиции обеспечить очередной хозяин.

Очень скоро выяснилось, что России и на этот раз «не повезло на царя». И тогда рассерженные крепостные  своих героев на час одного за другим побросали как горячую картошку. История повторилось с царём Борисом и его преемником на троне.

Выходит, что всё-таки народ виноват?

Нет. «Виновата» русская (российская) история. Это вопрос отдельного исследования, почему Россия шла и по-прежнему идёт таким путём. Но именно там, в глубинах истории следует искать объяснение тому факту, почему значительная часть россиян до сих пор предпочитает тёпленькое болотце крепостничества сквозняку свободы. Почему они по-прежнему уверены, что воробей в руках лучше, чем голубь на крыше. Так думать — это их право. Но у них есть выбор, который гарантирует Конституция Российской Федерации.

Пока выбор не сделан, за тёпленьким болотцем будет простираться бескрайнее российское болото.

Будущее это «клонированное» прошлое?

 

14 ноября 2013, 23:41

«К власти пришли большевики — свора уродов и извращенцев, люто ненавидящих свою страну» — начало достойное учебника по истории новейшей истории России (СССР). Ничего особенного. Эховцам уже приходилось читать и слушать тексты покруче. Никто бы и внимания не обратил. Если бы Носик не продолжил своё повествование, и случайно мимо не проходил бы Чубайс.

Последнего задела следующая формулировка: «царская власть была ничем не лучше советской». Чубайс немедленно возразил, утверждая, в частности, что Россия на рубеже XIXXX веков готовилась стать «номером один в Европе». И только(!) её неожиданный «распад, геополитическая катастрофа», помешали достичь этой цели. Далее, чтобы «утереть нос этому Носику», Чубайс предлагает вернуться в XIX век и «продолжить российский маршрут»…

Носик не стал спорить, но в разговор вмешался Зеличенко. Диспут увяз в обсуждении второстепенных, формальных вопросов.

Когда заходит спор о новой и новейшей истории России и СССР, временной отрезок примерно с конца XIX  века, то, как правило сравнивают два периода. На одну чашу весов собирают свои аргументы многочисленные сторонники периода царствования Николая II (откуда их столько в сравнительно короткий срок набралось?), на другой – приверженцы 70-ти лет коммунизма.

В доказательство правильности своей позиции обе стороны приводят многочисленные факты, цифры, прозу, стихи документальные фильмы и свидетельства очевидцев – здесь у стороников коммунизма лёгкое преимущество. Сравнивают зарплаты учителей и фабричных рабочих, цены на на картофель и водку, считают километры запланированных и построенных железных дорог, количество Нобелевских лауреатов, а также число умерших от голода и погибших за Отечество в первую и вторую мировые войны.

Бросается в глаза, что последние 25 лет, хотя за это время многое случилось, остаются пока за скобками. Эти годы ещё не воспринимаются как история. Народ словно взял перерыв и застыл в ожидании результата исторического спора. Ответ скоро должны дать революционеры – справа или слева… Не дай бог!

Рассуждая о недалёком или не так далёком прошлом, дискутанты и мы, следящие за дискуссией в том числе, вольно или невольно думаем о будущем. Мы интуитивно чувствуем, что там, в прошлом, следует искать объяснение будущему. Некоторые даже уверены, что будущее это «клонированное» и затем «модернизированное» прошлое. Так, одни предлагают «клонировать» николаевскую Россию, другие – Советский Союз.

Немногословный в этом споре Носик оказался ближе всех к разгадке вопроса, точнее, он сам того не подозревая, указал правильное направление поиска. Как раз той самой фразой, которая вывела из себя Чубайса: «царская власть была ничем не лучше советской». Другими словами, царская Россия была ничем не лучше Советской России. Обе хороши. Вопрос в том, что их объединяет в их несчастливой судьбе?

Особенность российской истории заключается в следующем. Пока другие, более успешные народы в течение последних 200 – 300 лет постепенно, худо-бедно, путём проб и ошибок пытались решать и решали многие общественные проблемы и проблемы индивидов, российский народ, пребывая в полурасслабленном состоянии, не вылезал из тёпленького болотца сначала самодержавного, а затем коммунистического крепостничества.

Будучи всегда под покровительством и строгим присмотром хозяина, он разучился, точнее, никогда не умел и не должен был уметь решать свои проблемы сам. За него всегда решал и думал хозяин. Общество, построенное по такому принципу, кончает всегда катастрофой.

Такое, то есть расслабленное состояние народа, продолжалось до тех пор, пока неожиданно на голову российскому мужику не свалился дичайший капитализм. Капитализм с его свободой, то есть свободой от хозяйского глаза, но и свободой распоряжаться самим собой, свободой самого себя и свою семью кормить, обувать и одевать, а также свободой выбирать себе власть.

Оказалось, что такая свобода не всем по душе. Кишка тонка. Это знают правые и левые. И те и другие предлагают в принципе то же самое – вернуться назад в тёплое болотце крепостничества, в общество расслабленных граждан.

 

 

 

Государство, как высшая половая инстанция

13 ноября 2013, 23:09

В сознании большинства народа мужчина, любящий мужчину, аморален. Поэтому либералы и демократы «смыкающиеся с гомосексуалистами, оказываются вдруг «в моральной изоляции». Ибо даже «в любой животной стае есть мораль». Разумеется, наличие морали у альбатросов или аквариумных рыб это бесспорный научный факт. Но мы пойдём ещё дальше и докажем наличие у наших братьев меньших идеологии.

У более 450 видов животных исследователи открыли присутствие гомосексуальных отношений. Иногда они являются просто выражением желания затеять игру, а иногда это способ укрепления связей внутри группы. Так альбатросы-самки образуют часто пары, если не хватает в стае мужских особей. После оплодотворения одним из самцов, уже живущим в паре, они выращивают птенцов вместе с другими одинокими самками. Вместе они тем самым увеличивают жизнеспособность стаи больше, чем если бы они оставались одни.

Но поскольку гомосексуализм, обмен нежностями между однополыми особями с недавнего времени это первый признак идеологии — это нам стало известно совсем недавно, из последних публикаций на эхе — то мы должны подозревать наличие у животных не только морали, но и идеологии.

Логическая цепь причинно-следственных связей на этом, однако, не заканчивается. Оказывается, гомосексуализм это ещё и угроза государству. Эховцев трудно чем-нибудь удивить. Но даже для них, закалённых, продолжение разговора в том же духе —  уже слишком. Повернёмся лучше лицом к человечеству.

Итак, гомосексуализм это признак отрицания любого государства. Ка-кой кошмар! Кто же будет стоять на страже половой морали? Сразу слышен отчаянный призыв: «Не надо противодействовать власти гнобить ЛГБТ!»

Всем угодить, к конце-концов, создать закон, который сделает всех счастливыми невозможно. Зато в интересам большинства государству, как высшей половой инстанции, вполне допустимо какую-нибудь незначительную группу граждан сделать несчастливой. Пожертвовать, так сказать, ради общего дела.

Примером такого государства, боровшегося за моральную чистоту половых отношений своих подданных, был третий рейх. По закону рейха арийкам и арийцам категорически запрещалось вступать в половые контакты с евреями. Этот закон делал только самую небольшую часть населения несчастливой. За 8 лет было приговорено всего лишь 2211 человек к различным срокам заключения, максимально на 15 лет. И только в нескольких, особо тяжёлых случаях обвиняемым был вынесен смертный приговор. Зато большинство было счастливо.

Русь, куда ж несёшься ты?

Когда заходит спор о новой и новейшей истории России и СССР, временной отрезок примерно с начала прошлого века, то, как правило сравнивают два периода. На одну чашу весов собирают свои аргументы многочисленные сторонники периода царствования Николая II (откуда их столько в сравнительно короткий срок набралось?), на другой – приверженцы 70-ти лет коммунизма.

В доказательство правильности своей позиции обе стороны приводят многочисленные факты, цифры, прозу, стихи документальные фильмы и свидетельства очевидцев – здесь у стороников коммунизма лёгкое преимущество. Сравнивают зарплаты учителей и фабричных рабочих, цены на на картофель и водку, считают километры запланированных и построенных железных дорог, количество Нобелевских лауреатов, а также число погибших за Отечество в первую и вторую мировые войны.

Бросается в глаза, что последние 25 лет, хотя за это время многое случилось, остаются пока за скобками. Эти годы ещё не воспринимаются как история. Народ словно взял перерыв и застыл в ожидании результата исторического спора. Ответ скоро должны дать революционеры – справа или слева… И вновь понесётся тройка с бубунцами… «Русь, куда ж несёшься ты? Дай ответ. Не дает ответа.»

Но спор ещё не окончен. Вот вам один только, самый свежий пример, или история о том, как Чубайс утёр Носику нос.

«К власти пришли большевики — свора уродов и извращенцев, люто ненавидящих свою страну» — неплохое начало для учебника по новейшей истории России. Такая интрига вызвала живейший интерес критика Чубайса. Последний был настолько в восторге, что слово в слово повторил этот «хлёсткий, но справедливый» приговор Носика.

История, рассказанная Носиком, уместилась на полстранице машинописного текста. Другая половина посвящена взвешиванию и перевешиванию тонн «чистого золота» и последующего их перевода в червонцы. Всё в стиле сегодняшнего подхода к выбору приоритетов.

Ах, да, мы ещё узнаём – правда, к школьному предмету история России это не имеет уже никакого отношения – что Носик при советской власти её ненавидел. Даже «чуть больше, чем сейчас». Тайно. Поэтому в целях конспирации он слово «советский» в те годы писал с большой буквы. Теперь, задним числом, он может слегка пнуть советскую власть. И все должны об этом знать.

Что касается царской власти, то —  так думает Носик – она «была ничем не лучше». Как и советская власть, она «управлялась немцами».

Кем управляется Россия сегодня, Носику, видимо, до конца не ясно. Поэтому ему «остаётся только» задать один мучительный вопрос: «возможна ли вообще в России власть, которая не была бы при случае готова бросить своих граждан в топку?»

Там, где Носик, пересчитав бабло, заканчивает свою историю «7 ноября», там Чубайс, «с горечью прочитав заключительную часть блога», начинает взвешивать пушечное мясо. Он кладёт на чаши весов солдатские жертвы, чтобы под углом зрения рационального использования человеческого материала выяснить вопрос, кто угробил больше соотечественников – полководцы Русской или Красной армии на фронтах 1-й и 2-й мировых войн.

Обидешись на Носика за его характеристику царизма — «царская власть была ничем не лучше советской» — Чубайс возражает, более того, он утверждает, что Россия на рубеже XIXXX веков готовилась стать «номером один в Европе». К сожалению, её неожиданный «распад, геополитическая катастрофа», помешали достичь этой цели. И, чтобы «утереть нос этому Носику», Чубайс предлагает вернуться в XIX век и «продолжить российский маршрут»…

О чём, собственно, спор? В истории собственной страны оппонеты ищут ответ на вопрос, куда повернуть Русь-тройку на этот раз.

А что если на этот раз не лететь сломя голову в пропасть, мимо «шарахающихся в сторону и дающих дорогу других народов и государств», а пристроиться скромно в самом их конце, перестав бесплодно мечтать о немедленном, чудесном превращении гадкого утёнка в прекрасного лебедя?

«Валера, вы идеалист или…»

 

Как всякий эховец я пишу комменты. Но, признаться, делаю это редко и неохотно. Коммент это —  в двух словах или на три буквы. Скорее, выражение эмоций, чем ответ по существу. Он почти всегда повисает в воздухе, редко вызывает реакцию автора блога.

Попробуем нарушить традицию. Прямо сейчас. Я отвечаю критикам, продолжая начатую дикуссию о русском национализме…

Во-первых, спасибо всем за увлечённый деловой разговор. Во-вторых, прежде чем идти дальше, я коротко повторю содержание моих основных тезисов и напомню об одной важной банальности.

 

  1. Банальность прежде всего. Чтобы вести дискуссию, чтобы не спорить о словах, необходимо согласие дискутантов в понимании содержания используемых в полемике понятий или терминов. Понятия, термины в общественных науках это названия, языковые обозначения определённых общественных процессов, явлений, фактов. Они почти всегда общеупотребительные слова. Но если общеупотребительные слова могут иметь несколько значений, то научные понятия и термины должны быть всегда однозначны. Будь иначе, наука потеряла бы всякий смысл.
  2. В обычной русской речи слово «национализм» многозначно. Если я беру в руки газету и нахожу статью, озаглавленную «Национализм» и не знаю, о чём пойдёт в статье речь. О нацизме, расизме, шовинизме, патриотизме, экстремизме или антисемитизме?..
  3. «Русский национализм» сегодня это иногда патриотизм, редко шовинизм и почти всегда ненависть к чужакам, вызванная страхом и дискомфортом от присутствия в стране непропорционально большого числа людей других культур.
  4. Страх, и ненависть к иностранцам или людям чужих культур это ксенофобия.
  5. Слово ксенофобия иностранного происхождения. Эквивалента на русском языке ему нет. Отчего не только слово, но и понятие не получило в России распространения.

 

Теперь слово комментаторам. Как правило это не профессионалы-обществоведы, но люди со здравым смыслом. Преимущество последних в том, что они в первую очередь пытаются разобраться в фактах и не так часто спорят о словах.

Правда, в дискусссии о национализме никак не обойтись без попыток дать определение этому феномену.

Политический принцип национализма получил распространение в «процессе формирования наций» в рамках национальных государств – справедливо, на мой взгляд, пишет maximv. Эту мысль продолжает rokotana, одновременно возражая мне: «Национализму не 200 лет. Он ровесник и следствие появления буржуазии. Первое его проявление — нидерландская революция.» Война голландских провинций Испании с испанской короной была, если я не ошибаюсь, войной религиозной, между верными Испании католиками и радикальными кальвинистами. Но это детали. В главном мой оппонент прав. Если я говорю, «200 лет», то имею в виду XIX век — эпоху расцвета национализма после распространения либеральных идей Франузской революции о самоопределении народов и народного суверенитета.. Например, в Греции, Италии, Венгрии, Германии предпринимались усилия народов объединиться в рамках национальных государств по принципу единой истории, культуры, языка.

Нельзя, следовательно, согласится с утверждением mskoleg, что «национализм – это древнейший инстинкт». Может быть, «инстинкт», как стремление людей держаться одной, своей, привычной группы. Пока такой универсальной «группой» не стало национальное государство. Под большим вопросом также следующая мысль evgzuzin: «Национализм – это основная идеология русских во все времена.»

В прошлый раз я обратил внимание публики на «теорию национализма больших и малых наций» Радзиховского. Автор уверен, что русские, в отличие от евреев, принадлежат «Большой (как и положено с большой буквы) нации, нации победительнице, нации с опытом исторических побед». Тогда я спросил себя: Почему в таком случае, после каждой тяжело завоёванной победы в борьбе сначала за бога, царя и Отечество, позже за партию, Родину и Сталина, русский народ оказывался в пройгрыше? Почему все повергнутые враги – французы, немцы, грузины — каким-то непостижимым образом оказывались в конце-концов в лучшем, более выгодном, чем победители  положении?.. Я обещал вернуться к этому вопросу вновь.

Неожиданно моя, ещё не изложенная на бумаге мысль получила поддержку сразу нескольких читателей. «Русские на своей земле имеют прав меньше, чем меньшинства» — такое заключение делает rentallinn. Ему вторит b19502011: ««Либинтеллигенция» ищет проявление русского национализма в любых попытках  просвещённых представителей угнетённой нации добиться равных с прочими нациями экономических, политических и социальных прав.» Ещё раз maximv: «Навальный высказывает идеи о национальной иденцификации русских, как единой нации на территории России, где объединяющими факторами являются язык и культура, о преобразовании энергии Русских маршей в созидательную идею по формированию единой русской нации.»

Русские бесправны у себя дома, русские угнетённая нация, настало время национального объединения… Совершенно неожиданные выводы.

Процесс формирования наций, по крайней мере в Европе, давно завершился, а русские только сейчас задумались о народном суверенитете. Ничего удивительного. Здесь и ответ на вопрос, почему русские, одерживая исторические победы, снова и снова возвращаются домой к разбитому корыту.

Особенность «русского национализма», в отличие от национализма других наций, заключается в следующем. Ближние и дальние народы отстаивали свою национальную идентичность в борьбе с другими нациями, русские же ведут бесконечную борьбу сами с собой. «Никак мы не определимся, на каком этапе эволюции находимся – то ли слезли с дерева, то ли нет» — считает s_serge.

В России здоровый национализм суверена, русского народа часто подменяется патриотизмом. Имеется в виду не естественое чуство любви к Родине – «к своему дому, в котором ты родился и вырос, к природе, к родному языку, литературе и искусству своего народа» (perz), а нездоровое чувство к Отечеству, то есть к государству. Как это возможно?

Правильный, на мой взгляд, ответ содержится в следующей записи region51: «Русский национализм, как политическая идеология не существует. До настоящего времени он был не востребован. Но сегодня ситуация меняется очень быстро…»

Пока же, такого мнения придерживается duch_nic, «националистические идеи строятся в большинстве своём на ксенофобии, то есть, на ненависти к чужакам. В мутной воде легче ловить рыбу».

Есть ли национализм в России и сколько?

07 ноября 2013, 10:19

Выяснив, как обстоит дело с национализмом в Германии, вернёмся снова в Россию.

Общественная мысль здесь не утихает ни на минуту. В наше отсутствие Л.Радзиховский, например, презентировал сразу два открытия — теорию «национализма больших и малых наций» и формулу «абсолютного зла»: «национализм = антисемитизм  = абсолютное зло». Поскольку автор полемизирует с Навальным, мы, как бы между прочим, узнаём ещё одну новость: «фанаты-оппоненты» последнего это евреи. Но где взять столько евреев? Поэтому среди сторонников-критиков А.Навального есть, конечно, по-мнению Радзиховского, и «сколько угодно» русских. Русских либералов, само собой. Но они обязательно смотрят на мир грустным «еврейским взглядом».

Проблема для Радзиховского, однако, в том, что многие в России – «огромное большинство» — воспринимают вещи по-своему.  «Иначе быть не может и не должно.» Потому что русские, в отличие от евреев, принадлежат другой, «Большой нации, нации победительнице, нации с опытом исторических побед»

Таково короткое резюме известного поста Радзиховского. Резюме в два абзаца, в ситуации, когда авторы на эхе вынуждены строго экономить из-за лимита на количество публикуемых слов, не самоцель. Я хотел обратить внимание на две ошибки по важным, в том числе и для моих дальнейших рассуждений, вопросам.

  1. Национализм и антисемитизм это не одно и то же. Неправильно между ними ставить знак равентва. Чтобы сохранить интригу оставим пока главный аргумент в тайне. Укажем только на то, что антисемитизму 2000, а национализму всего только 200 лет.
  1. Всем русским должно быть, конечно, приятно слышать, что они автоматически, по рождению, ещё и пальцем не пошевелив, сразу зачисляются в победители, принадлежат к нации победительнице, нации, на счету которой целый ряд исторических побед. С другой стороны, русские достаточно самокритичны, чтобы обратить внимание на одну закономерность: после каждой тяжело завоёванной победы в борьбе сначала за бога, царя и Отечество, позже за партию, Родину и Сталина, русский народ оказывался в пройгрыше. Каким-то непостижимым образом повергнутые враги – французы, немцы, грузины… – в конце-концов оказывались в лучшем, более выгодном, чем победители  положении… Здесь приходит на память один злой пост А.Пионтковского.

Итак, формула «абсолютного зла» и теория «национализма больших и малых наций»…

Читательская внимательность должна быть вознаграждена. Сделанное наблюдение позволит нам дать оценку явлению, которое ошибочно принято называть русским национализмом и выяснить причину заблуждения. К теории «национализма больших и малых наций» вернёмся в другой раз.

Что такое национализм разъяснил А.Зеличенко. Центральное место во взглядах националистов занимает вера в то, что «Мой народ лучше других». То есть национализм это шовинизм. Я бы с этим определением сразу согласился бы, если бы не был уверен, что кто-то обязательно возразит: «Минуточку, национализм это патриотизм. Как националист, я патриот своей Родины»… С таким определением тоже можно согласится.

В чём тут дело?

А дело в том, что нет так называемого легального, официального, общепринятого определения национализму. Но есть два, наиболее часто употребляемых в теории и на практике – это как раз шовинизм и патриотизм. Причём шовинизм получил сегодня большее признание и распространение.

Следовательно, дискутирующие на тему «национализм» прежде чем начать спор, должны определиться с термином. Иначе дикуссия теряет всякий смысл. На это обратили уже внимание некоторые эховцы, следящие за полемикой. Причём,  важно подчеркнуть: не спор о словах должен находиться в центре диспута, а спорные общественные явления, факты, в которых мы хотим разобраться.

Сразу, не мешкая, расставим точки над i. То, о чём мы спорим, это так же мало патриотизм, как и шовинизм. Никто же всерьёз не станет утверждать, что те 80 с лишним процентов москвичей, высказавшихся в последнем опросе против дальнейшей миграции в Россию и против мигрантов, это патриоты или шовинисты, то есть националисты. Нам ничего не остаётся, как сделать неожиданный вывод: «русский национализм», долго находящийся в центре жарких общественных дискуссий — это беспредметный спор. Спор о предмете, которого нет.

То общественное явление, с которым, например, Германия, как мы вчера видели, давно имеет дело, Россия столкнулась сравнительно недавно. На немецком языке феномен имеет своё название – Ausänderfeindlichkeit или Fremdenfeindlichkeit, то есть враждебное отношение к иностранцам или чужакам.

Если в обществе мы наблюдаем, с одной стороны, сначала односторонние, а затем взаимные вражду, ненависть, презрение, а с другой стороны, регистрируем наличие страха, то налицо явление, которое имеет определённое название – это ксенофобия. Xenophobie это синоним немецкому Ausänderfeindlichkeit.

Итак, большинство из тех, уже упомянутых 80 с лишним процентов москвичей, как и большинство граждан, вышедших на недавнее шествие в Москве не являются ни расистами, ни нацистами, ни националистами, ни правыми экстремистами… Это обыкновенные люди, граждане, которые, находясь у себя дома, на своей улице, в своём квартале, в общественном транспорте… испытывают сначала определённый дискомфорт, затем страх из-за присутствия большого числа чужих, незнакомых, может быть грубых, неопрятных, громко разговаривающих на непонятном языке людей. Возникает чувство вражды и ненависти к этим людям. В обществе распространяется болезнь под названием ксенофобия. Граждане становятся ксенофобами.

Поскольку источник неприязни это, как правило, иностранцы, то в головах  некоторых либерально настроенных граждан сразу возникает страшный образ национализма, и тогда уже рукой подать до ещё более страшных нацизма, фашизма и… антисемитизма.

Если кто-то в своём активном лексиконе имеет слова «чурка», «чернож-й» или «жид», то он скорее всего хам, но далеко ещё не фашист. И молодой человек, вскидывающий руку в знак известного приветствия, дурак, но ещё не нацист. Он становится им, если поднимает руку на другого человека из побуждений национальной вражды. В России, как и, например, в Германии это маргинальная группа. Но такие люди есть. Примеры в другой раз.

 

 

 

«Компромисс с дьяволом». Часть 2-я: «Чёрное и белое»

Часть 1-я  http://www.echo.msk.ru/blog/pjotrbc/1189764-echo/

Неожиданно объектом критики российской оппозиции стал Михаил Ходорковский. Поводом послужило обнародованное им в последнем интервью газете NewYorkTimes мнение, что оппозиция в борьбе за перемены должна учиться искать и находить компромиссы с властью. Кстати, эту мысль Ходорковский высказал уже давно в одном из писем Б. Стругацкому: «За что подвергаюсь нелицеприятной критике, но свою позицию сохраняю.»

На этот раз Ходорковскому больше всего досталось от оппозиционера Г.Каспарова. Его реакция была однозначная, категоричная, безжалостная – ход мастера, предупреждение всем соперникам: «…Единственно возможной формой диалога с Кремлём является обсуждение условий капитуляции путинского режима.» Но поскольку В.Путин, несмотря на угрозу королю, капитулировать не собирается, и, по оценке самого Г.Каспарова партию намерен продолжать, то последний приходит к выводу, что «любые разговоры о диалоге власти и оппозиции теряют смысл».

Другой оппозиционер Ю.Магаршак, поделившись с читателями своим самым последним открытием —  нынешняя власть в России «жульническая и воровская, не менее дьявольская , чем большевитская, но по-другому», задаёт читателям риторический вопрос, на который все уже знают правильный ответ: «Возможен ли компромисс с дьяволом?»

В отличие от мировоззренчески дезориентированных, потерявших всякую надежду и идеологическую почву под ногами граждан, от отчаяния пытающихся «продать» публике Гитлера и Сталина в качестве «успешных менеджеров», в последних примерах мы имеем дело с другой крайностью. В некоторых головах мир устроен просто, как шахматная доска — чёрное, белое и никаких компромиссов.

Другими словами, если М.Ходорковский предлагает оппозиции («добро») пойти на компромисс с властью («зло»), то автор такой идеи, в этом оппозиция уверена, предлагает невозможное.

Нас, однако, должен заинтересовать вопрос, почему сам М.Ходорковский считает, что компромисс оппозиции с властью возможен и необходим?

Для М.Ходорковского компромисс это способ достижения «национального согласия» — «шанс России на выживание». К сожалению эта мысль в его статье не получила дальнейшего развития. Может быть поэтому осталась без внимания. А ещё потому, что понятия «компромисс», «национальное согласие» не из лексикона российской оппозиции.

Вопросу Примирения с большой буквы, другое слово для «национального согласия», я посвятил три поста. http://www.echo.msk.ru/blog/pjotrbc/1114250-echo/

Примирение я назвал Русской идеей XXI века. На мой взгляд, это понятие более точно, чем «национальное согласие» передаёт смысл грандиозной задачи, которая стоит перед российским обществом — прекращение состояния войны, в котором оно находится. Не той войны, священной, с агрессором, Отечественной, а перманентной гражданской: с белыми, с крестьянами, с агентами империализма, с врачами, композиторами, художниками, учёными, писателями, с космополитами, инакомыслящими, с любителями длинных причёсок, коротких юбок и узких штанов, с коммунистами, олигархами, либералами, опять с иностранными агентами, с Болотной и Сахарова, с гомосексуалистами и с PussyRiot, с мигрантами и, наконец, с «бессовестными людьми, делающими культуру»… Тотальная война. Война всех против всех. Россия постоянно воюет сама с собой. И каждое новое поколение россиян находит себе новых врагов..

Есть только один способ покончить с насилием – Примирение. Национальное Примирение должно стать Русской идеей.

Но разве можно идти на «компромисс с дьяволом», на примирение с жуликами и ворами? – слышим возражение.

К жуликам и ворам в России традиционно относят так называемую элиту (что само по себе является парадоксом) — чиновников, депутатов, полицейских, прокуроров, следователей, судей… а сегодня, кроме того, политологов, писателей, журналистов, артистов, музыкантов и т. д. То есть мы имеем полное право сказать: общество состоит наполовину из воров и жуликов. Но как обстоит дело с другой половиной?

Все российские граждане рождаются невинными младенцами, в отличие, скажем, от явившихся на свет в сословном обществе. В сословном обществе одна его часть — жулики и воры уже по рождению, если они имели несчастье родится в семье, принадлежавшей к сословию, из чьей среды выходили государственные чиновники. Крепостной крестьянин в сословном обществе, как, например, эховец сегодня, — по рождению, напротив, достойный и честный. Он вынужден быть честным, потому что ему украсть нечего.

Каждый гражданин российского общества формально имеет сегодня равные права с другими гражданами. Например, каждый имеет право занять любую должность в государстве или выбрать любую профессию. Следовательно, у каждого, сначала невинного владельца, также равные с конкурентами шансы стать жуликом и вором. Ибо ряды последних пополняются, как давно известно, не пришельцами с других галактик, а исключительно за счёт нас, членов общества, в том числе за счёт наших детей, внуков, соседей, одноклассников, однокурсников, коллег, подавшихся неожиданно в политику, и т. д. Российское общество производит жуликов и воров с удивительным постоянством.

Если теперь поставить вопрос, кто с кем должен пойти на перемирие, мы получаем неожиданный, но логичнымй ответ: российские граждане должны заключить мир с самими собой. В жизни общества, как и в жизни отдельного человека, чрезвычайно трудная задача.

Пример — Михаил Ходорковский. Убеждённый комсомолец, активный участник беспредела, первый герой капитализма, большой грешник, бесконечным страданием искупивший свою вину, без вины осуждённый и виноватый одновременно. Он, по-прежнему узник, протягивает руку для примирения тем, кто отнял у него свободу. Это не что иное, как предложение компромисса „дьяволу“, сидящему в себе.

 

«Компромисс с дьяволом»

«Компромис с дьяволом», это редко – бумага, подписанная договаривающимися сторонами. Как правило это компромисс с совестью – молчаливое или публичное толерирование, признание допустимости зла.

Правда, идущий на копромисс со злом, к злодейству не хочет иметь никакого отношения. Кроме того, он твёрдо верит в то, что за причинённое конкретным людям зло обществу всегда возвращается эквивалентная порция добра.

Два примера, взятые, что называется, из жизни. Авторство цитируемых пассажей не имеет значения.

Один пример.

«Живописец, портретист, начинающий архитектор…», «прекрасный менеджер, тонкий политик» — Адольф Гитлер! Кто бы мог подумать.

Другой пример.

«…При Сталине население было нищим, а заводы гнали исключительно оружие. Но был какой-то порядок, была какая-то дисциплина, была какая-то социальная справедливость, и главное, был свет в конце тоннеля. …На одной чаше миллионы замученных, расстрелянных… А что есть здесь кроме 130-ти только легальных миллиардеров и уменьшения населения?»

Для некоторых немцев — странно, что с некоторых пор и для отдельных российских граждан тоже — «заслуги» Гитлера, как «менеджера», измеряемые, например, тысячами километров новенького автобана, если не уравновешивают его преступления, то, по крайней мере, они достойны публичного признания и даже восхищения.

Немало россиян уверены также, что тысяча больше чем миллион, что тысячи киловатт  Днепрогеса перевешивают миллионы невинных жертв «менеджера» Сталина. Лес рубят – щепки летят.

Приведённые примеры заключения «компромиссов с дьяволом» обращены назад, в прошлое. Удивительно, но несмотря на то, что мы о том времени подробно информированы, такие компромиссы тем не менее возможны. Тем более не всегда легко найти правильные ориентиры в настоящем, находясь в гуще событий. Подтверждение тому следующий пример.

Неожиданно объектом критики российской оппозиции стал Михаил Ходорковский. Поводом послужило высказанное им публично в последнем интервью газете NewYorkTimes мнение, что оппозиция в борьбе за перемены должна учиться искать и находить компромиссы с властью. Кстати, эту мысль Ходорковский высказал уже давно в одном из писем Б. Стругацкому. «За что подвергаюсь нелицеприятной критике, но свою позицию сохраняю.»

На этот раз Ходорковскому больше всего досталось от оппозиционера Г. Каспарова. Его реакция была однозначная, категоричная, безжалостная – ход мастера, предупреждение всем соперникам: «…Единственно возможной формой диалога с Кремлём является обсуждение условий капитуляции путинского режима.» Но поскольку Путин, несмотря на угрозу королю, капитулировать не собирается, и, по оценке самого Каспарова партию намерен продолжать, то последний приходит к выводу, что «любые разговоры о диалоге власти и оппозиции теряют смысл».

Другой оппозиционер Ю.Магаршак, поделившись сначала своим последним наблюдением —  нынешняя власть в России «жульническая и воровская, не менее дьявольская , чем большевитская, но по-другому», задаёт читателям риторический вопрос, на который все уже знают правильный ответ: «Возможен ли компромисс с дьяволом?»

В отличие от мировоззренчески дезориентированных, потерявших надежду и идеологическую почву под ногами граждан, от отчаяния пытающихся «продать» нам Гитлера и Сталина в качестве «успешных менеджеров», в последних примерах мы имеем дело с другой крайностью. В некоторых головах мир устроен просто, как шахматная доска — чёрное, белое и никаких компромиссов.

Другими словами, если Ходорковский предлагает оппозиции («добро») пойти на компромисс с властью («зло»), то автор идеи, в этом оппозиция уверена, предлагает невозможное.

Нас должен заинтересовать вопрос, почему сам Ходорковский уверен, что компромисс оппозиции с властью возможен и необходим? Вопрос, который ни один из критиков, по-моему, даже не ставил.

Для Ходорковского компромисс это способ выражения «национального согласия» — «шанс России на выживание». К сожалению эта мысль в статье Ходорковского не получила дальнейшего развития. Может быть поэтому осталась без внимания. А ещё потому, что понятия «компромисс», «национальное согласие» не из лексикона российской оппозиции.

Вопросу Примирения, другое слово для «национального согласия», я посвятил три поста.

http://www.echo.msk.ru/blog/pjotrbc/1109406-echo/

http://www.echo.msk.ru/blog/pjotrbc/1110480-echo/

http://www.echo.msk.ru/blog/pjotrbc/1114250-echo/

Примирение я назвал Русской идеей XXI века. На мой взгляд, это понятие более точно, чем «национальное согласие» передаёт смысл задачи, которая стоит перед российским обществом, имея в виду прекращение состояния войны, в котором оно находится. Не той войны, священной, с агрессором, Отечественной, а непрекращающейся гражданской: с белыми, с крестьянами, с агентами империализма, с врачами, композиторами, художниками, учёными, писателями, с космополитами, инакомыслящими, с любителями длинных причёсок, коротких юбок и узких штанов, с коммунистами, олигархами, либералами, опять с иностранными агентами, с Болотной и Сахарова, с гомосексуалистами и с PussyRiot, с мигрантами – а следующему врагу всего только одна неделя от роду — с «бессовестными людьми, делающими культуру»… Тотальная война. Война всех против всех. Россия воюет сама с собой. И каждое новое поколение россиян находит себе новых врагов..

Есть только один способ покончить с насилием — Примирение, Национальное Примирение.

Но разве можно идти на примирение с жуликами и ворами?

К жуликам и ворам в России традиционно относят так называемую элиту (что само по себе является парадоксом), чиновников, депутатов, полицейских и других силовиков, работников прокуратуры, следователей, судей… а сегодня, кроме того, некоторых политологов, писателей, журналистов, артистов, музыкантов и т. д. То есть мы имеем полное право сказать: общество состоит наполовину из воров и жуликов. Как обстоит дело с другой половиной?

Сегодняшнее российское общество это общество формально равноправных граждан. Все они рождаются невинными младенцами, в отличие, скажем, от рождённых в сословном обществе. В сословном обществе одна его часть — жулики и воры уже по рождению, если они имели несчастье родится в семье, принадлежавшей к сословию, из чьей среды выходили государственные чиновники. Крепостной крестьянин в сословном обществе, как, например, эховец сегодня, — по рождению, напротив, достойный и честный. Он вынужден быть честным, потому что ему украсть нечего.

С другой стороны, каждый гражданин российского общества формально имеет сегодня равные с другими гражданами права занять любую должность в государстве или выбрать любую профессию. Тем самым у него, сначала невинного владельца, также равные с конкурентами шансы стать жуликом и вором. Ибо ряды последних пополняются не пишельцами с других галактик, а исключительно за счёт всех членов общества, их детей, внуков, соседей однокласников, однокурсников и т. д.

Тот факт, что гражданин N, занимая такой-то государственный пост, и NN, его заместитель, жулики и воры, абсолютно случайное стечение обстоятельств. На месте N и NN могли быть любые другие буквы алфавита. Через 20-25 лет все присутственные места будут заняты другими людьми, вовсе не родственниками наших сегодняшних жуликов и воров, и все они тоже будут воровать и жульничать. Наследственность, следовательно, не играет здесь никакой роли, Российское общество производит жуликов и воров с удивительным постоянством.

Если теперь вернуться к вопросу о возможности примирения с жуликами и ворами, мы получаем неожиданный, но логичнымй ответ: нет ничего проще заключить мир с самим собой.

Символом такого примирения непримиримых является Михаил Ходорковский. Активный участник беспредела, большой грешник, бесконечным страданием искупивший свою вину, без вины осуждённый и виноватый одновременно. Он, ещё по-прежнему узник, протягивает руку для примирения тем, кто отнял у него свободу. Предложение компромисса „дьяволу“, сидящему в себе.