«Здравствуйте, товарищи!..»

«Здравствуйте, товарищи!» «Здравия желаем, товарищ Верховный главнокомандующий!» Раз в год страна выходит на парад. Красиво… Даже у самых последовательных российских пацифистов и критиков режима где-то в глубине души возникает чувство, похожее на гордость.

Но, стыдясь минутной слабости, критики быстро берут себя в руки: «Военная техника устарела, командиры воры, страна изгой… Парад – пыль в глаза.» «Оппозиция», в отличие от инакомыслящего, патриотически настроеннного большинства, уверена и продолжает настаивать на том, что Россия по-прежнему это «бедная Московия, прозябающая на задворках Европы».

Cлово «оппозиция» я беру здесь в кавычки. Оппозиции в России никогда не было и нет. Зато «всегда» была оппозиционно настроенная интеллигенция — страдающее за народ, безвольное, мечтающее российское меньшинство. Взять, например, сегодня. Сначала была задумка сделать «ненасильственную антикриминальную революцию». Но поскольку ненасильственных революций не бывает, события на Украине ещё раз подтвердили этот факт, словечко «мирная» незаметно исчезло из публистического интеллигентского словаря. А теперь, похоже, уже и революция не актуальна. На повестке дня, как минимум, небольшая, локальная, ограниченная атомная война…

Но критика критиков уже давно никем не воспринимается всеръёз. Не случайно, что самые популярные «оппозиционеры» в России теперь – юмористы, куплетисты и карикатуристы…

Слава богу, есть исключения.

Недавно мне попался на глаза замечательный текст Александра Янова — «Эссе Русская идея». http://www.snob.ru/profile/11778/blog/75693 Это сравнительно короткое, на 120 страницах, с высокой плотностью информации изложение «теории маятника», несколько лет назад предложенной автором в трёхтомнике «Россия и Европа. 1462-1921», издательство «Новый хронограф».

Теория Янова исходит из «фундаментальной двойственности российской политической культуры», а, следовательно, «цивилизационной неустойчивости» России. В российском государственном организме автор выделяет два равновесных «гена» — европейский и евразийский. Причём «изначально», по его мнению, Россия имела европейскую идентичность. Но, утратив её в XIII – середине XV веков, страна с тех пор то удаляется от Европы, то приближается к ней («маятник»).

Маятник российской истории по Янову раскачивался так:

Х – средина ХII веков. Киевско-Новгородская русь. Европейская идентичность Руси.

XIII – середина XV веков. Русь, «сбитая с европейской орбиты монголами», утрачивает свою европейскую идентичность.

Середина XV – середина XVI веков. На волне освободительного движения Русь возвращается к своей первоначальной европейской идентичности. Настаёт «европейское столетие России».

Вторая половина XVI века. Иван Грозный. Русь вновь лишается европейской идентичности. На этот раз не завоевателями, а собственной церковью и самодержавной революцией Ивана Грозного.

XVII век. Хозяйственный упадок. Утверждается военно-имперская государственность.

Начало XVIII – начало XIX веков. Пётр I поворачивает Россию лицом к Европе. Но страна разорвана пополам. «Рабовладельческая элита шагнула в Европу, оставив подавляющую массу населения, крестьянство, прозябать «в иосифляндской Московии»».

Однако, дело Петра «переросло его замыслы». Европейская идентичность настойчиво пробивала себе дорогу. Чтобы довести дело до конца, требовалось избавить Россию не только от крестьянского рабства, но и от самодержавия.

Первая четверть XIX века. Попытка декабристов воссоединить разорванную Россию.

Вторая четверть XIX века. Победил патерналистский ген. Россия отреклась от европейской идентичности. Тон задают «патриотически настроенные интеллектуалы».

Третья четверть XIX века. Умирает Николай I (1856), и «Московия умерла вместе с ним». Оттепель, весна. «Любимая тема интеллигенции – Конституция».

1881 убит Александр II. Россия со своим архаическим «сакральным самодержавием» и общинным рабством остановилась на полдороге в Европу.

Февральская революция 17-го… Маятник в который раз качнулся в сторону Московии, «мужицкого царства»…

Ценность научной работы Янова, на мой взгляд, кроме прочего в том, что историческое само по себе исследование является одновременно и политическим. Оно доказательство правильности и актуальности важного политического вывода, который, цитируя вслед за Яновым В. Соловьёва, можно сформулировать так: «Наша внеевропейская или противоевропейская преднамеренная и искусственная самобытность всегда была лишь пустая претензия. Отречься от этой претензии есть для нас первое и необходимое условие.»

В целом Янов оптимистичен. Исторически «европейский ген», по его мнению, должен вытеснить своего антипода – «ген» патерналистский. «В 1700 году, — пишет он, — исчезла фундаментальная церковь, в 1762-м – всеобщее холопство, в 1961-м – крепостничество,  в 1917-м – «сакральное самодержавие», в 1953-м – политическое идолопоклонство, в 1993 – общинное рабство. Осталась имперская государственность.»

Слово «ген» Янов всегда берёт в ковычки. На самом деле не ген раскачивает маятник. «Имперская государственность» — не просто академический термин. За общественным порядком, который описывает этот термин, всегда скрывался и скрывается далеко не академический, а вполне реальный интерес. Здесь уместен вопрос: «Кому выгодно?»

Следовательно, настойчивое возвращение России к патернализму, точнее, сохранение традиционного для страны общественного порядка всякий раз связано, с одной стороны, с наличием в обществе сил, должных быть заинтересованными в сохранении привилегий, с другой стороны, с отсутствием или незрелостью социальных групп или слоёв населения с ярко выраженным интересом и сформулированной целью навсегда покончить с имперской государственностью.

Страна по-прежнему разорвана пополам. Сегодняшняя элита, как и 300 лет назад, шагнула в Европу, а подавляющая масса населения вынуждена, более того, готова(!) и дальше оставаться в отсталой Московии… наслаждаясь военным парадом на Красной площади.

«Здравствуйте, товарищи!..»

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Лимит времени истёк. Пожалуйста, перезагрузите CAPTCHA.